Экспорт зерна под ударом: цены рухнули ниже себестоимости

Новый экспортный сезон российского зерна стартовал с катастрофы. Ситуация в Азово-Черноморском бассейне, через который проходит основная часть морских поставок, стала критической. Атаки на портовую инфраструктуру и суда фактически остановили азово-донской сегмент, который обеспечивал около четверти всего экспорта.

Президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский в интервью MSK1.RU оценил ущерб как крайне серьезный. В ряде регионов цена на зерно уже опустилась значительно ниже себестоимости. Если ситуация не разрешится в ближайшее время, это приведет к массовым банкротствам аграриев и поставит под угрозу проведение посевной кампании 2027 года.

По словам Злочевского, степень влияния напрямую зависит от того, как долго продлятся ограничения на отгрузки. Азовский бассейн полностью остановился, что уже спровоцировало резкое падение внутренних цен и накопление излишков продукции. Пшеница дешевеет ежедневно на 100–200 рублей за тонну, и в большинстве регионов цена уже не покрывает затраты производителей.

Дополнительным ударом стали ограничения на приемку автотранспорта в черноморских терминалах. Затяжной характер проблемы, предупреждает эксперт, приведет к тому, что аграрии не смогут накопить средства для весеннего сева и начнут массово банкротиться.

Основной удар придется именно на производителей, а не на экспортеров. Как пояснил Злочевский, трейдеры могут безболезненно приостановить работу и вернуться на рынок позже, тогда как крестьяне без постоянного притока средств теряют возможность продолжать деятельность.

Наиболее тяжелая ситуация сложилась в Ростовской области: из-за остановки Азовского бассейна отгрузки полностью прекращены. Ценовая волна уже докатилась до Поволжья, Центральной России и Урала, а вскоре ожидается ее распространение на Сибирь.

В Краснодарском крае себестоимость зерна ниже, и отгрузки идут через Черное море, поэтому регион страдает меньше. Ставрополье также в основном завязано на черноморские порты и менее зависимо от ростовских терминалов.

Каспийская акватория не станет спасением для экспорта зерна — объемы здесь слишком малы. Злочевский отмечает, что переориентация логистики экономически не оправдана: необходимая разница в цене для компенсации затрат составляет 30–50 рублей на тонну, но таких цифр на рынке нет.

Прорабатывается решение о выделении 10 млрд рублей на компенсацию железнодорожных тарифов, однако этой суммы, вероятно, будет недостаточно для полного решения проблемы. Общая ситуация это не спасет.

Ключевая задача — обеспечить поступление денег аграриям в нужных объемах, подчеркивает эксперт. Сейчас крестьяне вынужденно выбрасывают продукцию на рынок по бросовым ценам: в некоторых случаях тонна пшеницы уходит дешевле 6 тысяч рублей, что примерно на 40% ниже себестоимости.

Проблема касается не только зерновых. Из-за остановки отгрузок масла и рекордных площадей под масличными культурами снижается спрос на сырье со стороны переработчиков. Если цена на подсолнечник упадет ниже 25 тысяч рублей за тонну, это станет катастрофой, аналогичной зерновой, предупреждает Злочевский. Ранее масличные помогали компенсировать убытки от зерновых, но теперь этот источник дохода исчезнет.

Бобовые уже столкнулись с кризисом в прошлом сезоне: площади сокращаются, а переходящие запасы неликвидны.

Цены в магазинах не зависят от стоимости зерна, утверждает глава союза. Самый показательный пример — 2009 год: при падении цен на зерно с 9 до 3 тысяч рублей за тонну, буханка хлеба подорожала на 6 рублей за тот же период. В текущем сезоне цены на продовольственное зерно упали на 30% (с 15 до 10 тысяч рублей за тонну), однако ждать удешевления продуктов не стоит.

Доля зерна в себестоимости буханки хлеба — менее 10%, а при доставке до прилавка цена растет еще на 30–50%. Поэтому снижение цен на сырье не влияет на розницу — так же, как падение нефтяных котировок не меняет цены на бензин.

Разница в том, что цены на топливо регулируются государством, а на продукты — нет. Власти не занимаются регулированием межотраслевых пропорций в агросекторе. Издержки аграриев растут быстрее инфляции, а цены на продукцию подавляются без какой-либо компенсации.